Достать ножи: Воскрешение покойника

В небольшом городке штата Нью-Йорк разворачивается история, полная загадок и религиозных противоречий. Преподобный Джад, молодой и, возможно, идеалистичный священник, получает назначение в старую, обветшавшую церковь, где уже много лет служит монсеньор Джефферсон Уикс. С самого начала между двумя служителями церкви возникает напряженность, перерастающая в открытый конфликт. Их взгляды на веру, паству и само предназначение церкви оказываются диаметрально противоположными. Джад не только не находит общего языка с Уиксом, чей авторитет, кажется, непоколебим, но и сталкивается с холодным, а подчас и враждебным приемом со стороны местных прихожан, глубоко преданных своему старому пастору. Эта атмосфера скрытого недовольства и неприятия создает гнетущий фон, на котором вскоре произойдет трагедия, навсегда изменившая жизнь всего прихода. Очередная проповедь монсеньора Уикса, как и многие до нее, проходит в напряженной тишине, лишь подчеркивающей раскол в общине. Закончив службу, он удаляется в свои покои, расположенные в церковном здании. Однако спустя всего тридцать секунд его находят бездыханным. Убийство, совершенное, казалось бы, в священном месте и в присутствии множества людей, повергает всех в шок. Четверо свидетелей, оказавшихся в эпицентре событий, – набожная Марта Делакруа, доктор Нэт Шарп, адвокат Вера Дрейвен и писатель Ли Росс – становятся невольными хранителями ключей к разгадке, хотя сами могут оказаться причастными к преступлению. Для расследования этого запутанного и деликатного дела приглашается частный детектив Бенуа Блан, известный своим острым умом и нестандартным подходом. Ему предстоит погрузиться в гущу религиозных страстей, личных обид и семейных тайн, скрывающихся за фасадом благочестия маленького городка. Каждый из присутствовавших в церкви что-то скрывает, а мотивы для устранения монсеньора Уикса могли быть как сугубо личными, так и связанными с давними секретами самой общины. Блану придется не только распутать клубок лжи, но и понять, кто из этих людей, включая и самого преподобного Джада, чья позиция была столь шаткой, способен на убийство под сводами храма.